«И» «ИЛИ»  
© Публичная Библиотека
 -  - 
Универсальная библиотека, портал создателей электронных книг. Только для некоммерческого использования!
Нагаев Герман Данилович
Фотографии

Герман Данилович Нагаев 126k

-

(26.07.1913 - ??.11.1979)

◄ СМЕНИТЬ   РАЗВЕРНУТЬ ▼
▲ СВЕРНУТЬ    СМЕНИТЬ ►
Герман Данилович прожил интересную, трудовую, тяжелую жизнь. В 11 лет он остался без отца. Старшему брату - Владимиру - было 20 лет. Жили трудно. Крестьянствовали. Зимними вечерами, придя из школы, Герман уходил с санками на вокзал, подвозил вещи приезжим. Когда подрос, работал в деревне, в изыскательской партии, на постройке. До 16 лет он жил с матерью и учился в средней школе.
Еще в 1927 году, будучи учеником 6 класса, начал писать стихи в краевой молодежной газете «Юный пахарь». После школы, в 1929 году, уехал учиться в Вятку, в Художественно-промышленный техникум. Сдал экзамены сразу за 2 курса, но проучился недолго - сбежал в Москву, к брату Владимиру, только что окончившему институт и работавшему научным сотрудником в ВИЖе. Багаж Германа составляла плетеная корзиночка, набитая книжками и сухарями. В Вятке Герман запасся бумажкой, подтверждающий его членство в вятской литгруппе. Нацепив для солидности роговые очки с простыми стеклами, купленные в Вятке, он сразу направился в ФОСП (предтечу Союза писателей). Без особых расспросов его включили в группу писателей, командированных ФОСПом и Хлебоцентром на Северный Кавказ на посевную.
Был 1930 год... Шла коллективизация. Начинающий писатель побывал в нескольких казацких станицах. Писал стихи, очерки, но, не имея поддержки, напечатать их не мог.
Герман снова резко меняет свою жизнь - уезжает в Нижний Новгород, где на заболоченных пустошах в междуречье Оки и Волги началось возведение первого в стране большого автомобильного завода. Он оказывается в гремевшей на всю страну бригаде Сорокина, работает арматурщиком, таская на себе тяжелые железные ригели, но не забывает и о творчестве - в свободное время пишет стихи и печатает их в местных газетах.
По стране в то время шла необычайная кампания, инициированная Максимом Горьким: «призыв ударников в литературу». Чуткая ко всем новшествам бригада Сорокина на общем собрании «выдвинула» Германа Нагаева для строительства «Магнитостроя литературы», - на работу в ежедневную газету строителей «Автогигант».
Когда в 1932 году гигант первой пятилетки был введен в строй, набравшийся журналистского опыта Нагаев переехал в Москву, где стал работать штатным корреспондентом газеты «За пищевую индустрию». Он много ездил по стране, много видел, много писал. Помимо этого работал в Художественной студии, сотрудничал в ряде центральных газет, состоял в литобъединении молодых авторов при ГИХЛе, окончательно решив посвятить себя литературе. В 1934 по рекомендации М. Горького Герман Нагаев был принят в Вечерний Литинститут Союза писателей. Однако проучился всего полтора года...
Поздней осенью 1935, в числе других студентов, Нагаев стал жертвой «культа». Он был арестован и осужден «тройкой» (особым совещанием) НКВД. Три года Нагаев провел в лагерях строгого режима, в Карелии, на Вянь-Губе, в Сегеже, Повенце, на лесоповале и строительстве бумкомбината.
По окончании срока вернуться в Москву Герман не мог (двухлетнее поражение в правах) и поехал к морю, в Таганрог. Ни родственников, ни знакомых - никого, а в кармане, вместо денег - желтый билет. В клубе при большом заводе нанялся писать лозунги в цеха. Работал день и ночь, и за сутки написал 100 лозунгов. На заработанные деньги снял комнату, обжился, устроился работать художником в краеведческом музее. Приехала из Москвы жена... После лагеря жизнь казалась райской.
В 1940 Нагаев вернулся в Москву и до войны работал главным художником в кинотеатре «Форум», но литературу по-прежнему считал своим предназначением и заочно учился в Литинституте. Начал печатать стихи в газетах... И тут - война! Из-за судимости Нагаева в армию не призвали, и осенью 1941 он эвакуируется на Урал, в Челябинск. Там работает на оборонном заводе в многотиражке. Выпускает «Окна ТАСС» - выступая одновременно и художником, и автором текстов. Активно сотрудничает в областной газете «Челябинский рабочий». В 1942 вышла первая книжка его стихов: «Песни войны». Там же на Урале был издан сборник стихов «Грозные дни», проза «Мастера земли», две детские стихотворные книжки: «Тузик» и «Голуби».
В 1945 году, вернувшись в Москву, Герман Данилович был командирован Союзом писателей во Владимир, с заданием написать книгу о знаменитом конструкторе Дегтяреве. В 1948 книга вышла в «Детгизе», позже много раз была переиздана.
Вернувшись из Владимира в 1946 году, Нагаев по заданию издательства «Московский рабочий» стал работать над книгой по истории Подольского механического завода им. Калинина (бывшего завода компании «Зингер», выпускавшего знаменитые швейные машинки). Жил в Подольске целых 3 года, собрал огромный материал и написал книгу «Там, где была концессия», однако печатать ее не стали... Герман Данилович продолжает литературную работу. У него много замыслов, но печатают его туго, зная, что был репрессирован... Так, с клеймом «врага народа», Нагаеву пришлось жить более 20 лет... И в Союз писателей его приняли только после смерти Сталина в 1954 году.
В период «оттепели» Герман Данилович стал активно печататься. Вышел ряд его романов: «Приокская быль» и «Андрей Березин» (дилогия о судьбе принципиального и честного человека, изобретателя, борца, героя своего времени на фоне послевоенных картин жизни: патриотического подъема, самоотверженного труда во имя восстановления хозяйства страны), «Новый век» (многофигурная трилогия-эпопея о рабочем классе, охватывающая полувековой период истории России), «Девон» (роман о создании в предвоенные годы и годы Великой Отечественной войны «Второго Баку» - борьбе советских нефтяников за открытие богатейших залежей девонской нефти на Урале, правда о жизни научной интеллигенции во времена «культа личности»).
Нагаев не перестает сотрудничать в периодике, а также находит время для организации литобъединений на крупных промышленных предприятиях, помня, что сам пришел в литературу из рабочих. Эта деятельность захватывает его. Он многие годы руководит Литобъединением завода АЗЛК, члены которого по выходным частенько собираются у него дома, спорят о литературе, обсуждают творческие планы. На завод приезжают известные писатели, и не только советские, но и западные - посмотреть на своеобразный феномен советской культуры...
Между тем времена меняются, и «пробивать» книги в издательствах становится все труднее. Герман Данилович тяжело переживает годами тянущиеся согласования, жестокую редакторскую правку, усилившийся цензурный гнет. Он не умел просить, идти на компромисс, не терпел трусости «сидящих у пирога». Его прямота многим пришлась не по вкусу, и жизнь его превратилась в непрерывную борьбу с нуждой и врагами, в конечном итоге подкосившая его...
Не смотря на все удары судьбы, Герман Нагаев всю свою жизнь искренне верил в социалистические идеалы. Из под пера писателя вышли повести о его земляках, знаменитых революционерах Кирове и Халтурине. Однако многое, очень многое сказать было нельзя. В повести о Кирове буквально каждое слова согласовывалось в партийных органах, и в результате книга была сильно искажена, изуродована правкой. Автор мучился, но ничего не мог сделать...
Писателя увлекает тема космоса. Он, как и вся страна воодушевлен успехами советской науки, его окрыляет прорыв человека в космос. Он лично знаком со многими первыми космонавтами, конструкторами ракетной техники. Рождаются новые повести о Кибальчиче, Циолковском, Цандере, Королеве... - но и эти книги выхолащиваются цензорами, опасающимися «как бы чего не вышло».
«Оттепель» закончилась и лучшие романы Нагаева - «Девон», «Приокская быль», которые зачитывались в библиотеках до дыр (и это не преувеличение), по идеологическим соображениям перестают переиздавать. Они слишком правдивы... Годами лежат в издательствах новые книги (рукописи) «Второй фронт» (роман о трудовом подвиге тыла в годы ВОВ) и «Рождение великана» (завершающая книга трилогии «Новый век»)...
Обложки
Издания:
*

.